Формула-1 часто воспринимается как спорт для избранных. Снобизм, показная роскошь и оторванность от реальности — вот что бросается в глаза, когда смотришь на паддок по телевизору или в соцсетях. Между моторхоумами команд и гаражами прогуливаются люди с Patek Philippe и Birkin на запястьях, кто потише, и те, кто громко носит Richard Mille и Louis Vuitton. В этом пузыре приехать на S-Class с водителем — норма, но вертолёт предпочтительнее. Именно такую F1 показывают миру: гламурно, статусно, чтобы каждый захотел оказаться там. И это работает. Но стоит отойти на пару гектаров от паддока — всё меняется. Никаких знаменитостей, только фанаты всех возрастов и профессий. Вместо Audemars Piguet — Seiko, вместо Gucci loafers — классические кроссовки. И атмосфера совсем другая. Поэтому, как бы я ни любил суету паддока, за уикенд всегда стараюсь обойти как можно больше трибун. Не скажу, что там «настоящие фанаты» — болельщики есть везде, но именно на трибунах и в зонах свободного посещения чувствуется настоящий вайб.
Случайная встреча
Я уже собирался ехать в отель — час за рулём — когда в окно моей Honda Jazz постучал высокий мужчина. Была суббота, около половины восьмого вечера. Я задержался на треке дольше обычного: команда Cadillac F1 устроила большую вечеринку в честь 4 июля с хот-догами, бургерами, мороженым и Budweiser. Я опустил стекло. Быстро понял: он не работник трека, не член команды и не мой знакомый. Обычный фанат, только что сошедший с шаттла остановки метрах в трёхстах от медиапарковки.
Можно дать вам денег, чтобы вы подбросили меня до кемпинга?
— спросил он. Я переспросил. Секунду осмысливал. Он явно шёл уже долго, устал, а уикенд выдался жарким — вся Европа ставила рекорды температуры.
Это прямо по дороге, я заплачу,
— повторил он. Я попытался найти место на карте — ничего не выходило. Потом понял, что просто неправильно ввожу название.
Ладно, садись. Кажется, нам по пути
, — сказал я. Он обошёл машину (у меня правый руль) и сел. Представился, но имя я сразу забыл. А потом он выдал:
Останови вон там, подбери моих друзей.
Оказалось, их четверо. Все шли в кемпинг — пешком это был бы час ходу.
Во что я вляпался?
— подумал я. Но отступать поздно. Я заметил его друзей впереди — они просто покатились со смеху, увидев своего рослого приятеля (под 195 см) на переднем сиденье маленького Honda Jazz. Вот тут и началось веселье. Мы познакомились. Имена я опять забыл мгновенно, но быстро разговорились. Кто-то спросил:
Погоди, ты что, принял Джерри за таксиста?
Все, включая меня, заржали. Я объяснил, что я журналист на гонке, а машина — пресс-кар, любезно предоставленный Honda.
Импровизированная вечеринка
До кемпинга ехать было недолго, и он действительно оказался по пути к моему отелю. Я даже видел его накануне и подумывал забронировать там место — сэкономил бы два часа дороги туда-обратно на следующий день, но в итоге решил не рисковать. Мы свернули на длинную грунтовку, уставленную караванами, палатками, крышами на машинах — всем, чем только можно. Тысячи фанатов обустроились на западе Нортгемптоншира. Ребята спорили, на какую из пятидесяти одинаковых дорог сворачивать, пока один не принял волевое решение: «Вот эта». Сюрприз — не та. Добрались до их места. Трое спали в машинах — шикарный Range Rover Autobiography, Land Rover Discovery и BYD. Четвёртый пошёл по старинке — поставил крошечную палатку. Они снова предложили денег за поездку. Я отказался и вместо этого попросил оценить салон и управляемость Jazz — конечно, всё было на высоте. Мы уже собрались сделать селфи на память о пятнадцатиминутном приключении и разойтись, как один вдруг спросил:
А чем ты сегодня занят? Может, потусуемся?
Настоящий фандом
Через несколько минут я оказался на импровизированной вечеринке прямо рядом с Сильверстоуном. Тысячи флагов реяли в воздухе — каждый болельщик вывешивал цвета любимой команды или гонщика. Запах жарящегося мяса от сотен, если не тысяч, грилей наполнил воздух — напомнило утро перед Indy 500. Вся сцена скорее напоминала Инди, а не F1. Гран-при в США не такие расслабленные, не такие доступные — там это скорее элитное мероприятие. А здесь — как предматчевая вечеринка в НФЛ. Мы болтали о жизни, семьях, работе, о том, за кого болеем. Впрочем, спрашивать было не нужно — их экипировка с Ландо всё сказала. Им было интересно узнать инсайды — я упоминал, что брал интервью у нескольких гонщиков. Просто отлично провели время за парой напитков. А потом прозвучало:
Джерри, мы все идём на концерт, а потом на афтепати. Ты с нами
.
Концерт и ночь в Сильверстоуне
И вот я снова за рулём, четверо новых друзей набились в Jazz. Мой пропуск давал быстрый доступ и отличное место для парковки — для обычных фанатов это несбыточная мечта. К этому моменту лёд был сломан окончательно, мы вели себя как старые приятели. Шутки не прекращались, вайб становился только лучше. Добрались до сцены M&S, где уже вовсю шёл концерт. Играли Chase & Status и DJ Vikkstar на разогреве. Мне музыка понравилась, но я чувствовал, что ребятам не очень — они скорее по Coldplay и Oasis. И тут я осознал, где нахожусь. Концерт прямо посреди Сильверстоуна — трека, который я не думал, что посещу в этом году. А рядом обычные ребята, которые просто добры ко мне без всякой причины. Ну да, я их подвёз, но они могли просто сказать «спасибо» и разойтись. А они сделали для незнакомца гораздо больше. Меня это тронуло. Честно говоря, день у меня был паршивый. Я уже несколько недель мотался по Европе один, начала накатывать тоска. На День отца две недели назад, потом на 4 июля — я скучал по детям, по фейерверкам, по дому. Планировал просто вернуться в отель, выпить пива, съесть fish and chips и лечь спать пораньше. Настроение было так себе — хотел просто проспать эту хандру.
Ночная одиссея
После концерта мы обошли весь трек. Буквально весь — потому что несколько раз заблудились в поисках афтепати, на которое у них были билеты. Было уже около полуночи, а на Сильверстоуне всё ещё толпились тысячи людей. Я спросил у сотрудника, когда закрывается парковка (чтобы не застрять там до утра), а он рассмеялся:
Ой, милый, у нас открыто 24 часа.
Это было безумие. Гонка — лишь часть выходных. Это была вечеринка на весь уикенд. Мы ещё погуляли, посмотрели на фейерверки и наконец добрались до места афтепати — рядом с главной прямой. Но была проблема. Ребята несколько раз объясняли: у них есть билеты на это мероприятие, а у меня — нет. Но они были абсолютно уверены, что смогут провести меня. Бесплатно. Эта британская уверенность, наверное, и помогла построить Британскую империю. Я попробовал старый добрый способ — «уговорить» охрану на входе. Не сработало. Попробовал пролезть через дыру в заборе — тоже не вышло. Ребята уже прошли по своим билетам, и, хотя они постоянно писали:
Не уходи, мы что-нибудь придумаем,
я начал думать, что пора закругляться.
Я пытался попасть внутрь, не вышло, но я уже отлично провёл время. Может, пора ехать домой?
— размышлял я. И в этот момент один из них вынырнул из толпы, как доблестный рыцарь Круглого стола, с широкой улыбкой. Не буду вдаваться в подробности, как я попал внутрь, но скажу так… я попал.
Финал
Мы отжигали, наблюдали за людьми, обсуждали политику США и Великобритании, танцевали с карнавальными танцовщицами, смотрели, как робот-утка захватил танцпол, а человек в костюме лягушки отплясывал под Eminem. И, к моему удивлению, завершили ночь на удивление вкусными тако. Живот был полон, но сердце — ещё больше. Мы вернулись к машине около двух ночи. Мне ещё нужно было доехать до отеля, выспаться, собрать вещи и вернуться на трек рано утром. Воскресенье обещало быть очень долгим днём. Так и вышло. Воскресенье выдалось очень долгим, но это не имело значения. Я чувствовал только благодарность тем четверым парням, которые взяли меня под крыло и показали, как надо отдыхать. Не могу дождаться, когда они это прочитают. Спасибо, Алекс, Стив, Кэл и Дэн, что запрыгнули в мой Jazz. (А вы думали, я забыл их имена, да?)